Главная > "ДИАЛОГ-30" (Том 1) > Елена АКСЕЛЬРОД
Елена АКСЕЛЬРОД (Израиль)
Поэтесса, переводчица, прозаик, родилась в Минске. C 1991 года живет в Израиле.
* * *
Поздравляю российско-израильский альманах «ДИАЛОГ», всех причастных к этому серьезному и содержательному изданию –с 30-летием со дня рождения. Очень рада, что как член редсовета имею некоторое, хоть и, скорее, номинальное отношение к большому празднику «ДИАЛОГА» и его сайта, где можно найти и неспешно почитать-перечитать все. Каждый, начиная с третьего, двухтомный выпуск поражает объемом, разнообразием и качеством публицистических и художественных материалов, найденных, скомпонованных, подаренных нам увлеченными и самоотверженными издателями Радой и Викторией Полищук (светлая благодарная память ей). Разумеется, в первую очередь благодарю Раду Полищук, за то, что множество публикаций в каждом выпуске сопровождает своим всегда ярким, точным и лаконичным вступительным словом, за отзывчивость на все, что появляется в еврейской литературе. Порой кажется, что литературу на иврите она знает лучше, чем я и мои здешние коллеги-писатели. Замечательно, что в «ДИАЛОГЕ» есть памятные публикации: Инны Лиснянской, Вадима Рабиновича, Александра Ревича, Семена Липкина, Юлия Крелина, Германа Гецевича, Льва Дугина, Шамая Голана, Григория Кановича…
P.S.Большое спасибо Елене Аксельрод за теплые дружеские слова. Мы нежно любим Лену, как родного нам человека и замечательного поэта, как нашего постоянного и одного из самых любимых авторов. Вы можете познакомиться с ней на страницах почти всех выпусков «ДИАЛОГА» и на нашем сайте – это и стихи, и воспоминания о Москве, о друзьях, о семье – отце, известном художнике Меире Аксельроде, о маме, известной идишской писательнице Р. Рубинной, о дяде Зелике Аксельроде, известном идишском поэте, закончившем свою жизнь в тридцать семь лет в 1941 году, о друзьях-писателях, о Москве, которую любит и тоскует по ней, живя вдали от нее, в Израиле. Трижды повторила я слово «известный», то же могу написать о самой Елене Аксельрод и о ее сыне, художнике Михаиле Яхилевиче (его работой /совместно с Эллой Бышевской/ из серии «Иллюстрации к Торе» оформлен выпуск «ДИАЛОГ-ИЗБРАННОЕ» – 2016/5776). Такая замечательная семья-семейка-мишпуха, дружбой с которой мы гордимся, и хотим, чтобы Лена всегда была с нами.
Елена Аксельрод с первого дня нашей жизни – член редсовета альманаха «ДИАЛОГ».
Рада ПОЛИЩУК
МЕЖ ИЕРУСАЛИМОМ И МОСКВОЙ
У ТЕЛЕВИЗОРА
Экран воспалённый.
Всемирный угар.
Толпой закордонной
Пестрит тротуар.
По воле каприза
Войдя в особняк,
Вдруг встречу я призрак,
Прошедшего знак?
Ищу в зазеркалье –
Одна и впотьмах –
Всех тех, что мелькали
В моих зеркалах.
Но нет им резона
Влезать в объектив.
Запретная зона –
Прощайте, кто жив!
* * * М. П.
Соотечественник-чужестранец!
Не обманет хитроумный глянец,
Неуверенный надменный взгляд.
Кто с небес глядит,
кто из канавы?
Наши толковища для забавы,
Для сокрытья страхов и утрат.
Почва выбита... В сушняк упали,
Иль стремглав в спасительные дали
под крылом, в осколках скорлупы?
Впрочем, не беда, что слог невнятен
Нам словарь не нужен,
нам понятен
непереводимый рев толпы.
* * *
Русоволосые подруги,
Вблизи вы были иль вдали,
Мои еврейские недуги
Вы врачевали, как могли.
Казалось, нет недоговорок,
Казалось, неразлучны мы –
И недруг мой – и вам был
ворог,
А тьма вокруг...
Что нам до тьмы?
Во власти бешеного солнца,
Где воздух рознью разогрет,
я знала – ночь вас не коснется,
И будет мне светить ваш свет.
Но как же так могло случиться,
Что вас я не уберегла,
Что свет в мое окно сочится,
А вас не пощадила мгла?
В МААЛЕ-АДУМИМ
Ф.
Тебя догоняю по кругу,
По белому городку,
Акации желтую вьюгу
бегом за собой увлеку,
Постой, обернись!.. По кругу,
из дому или домой –
нам все равно – друг к другу,
по кругу иль по прямой.
*
Ничего, что наш дом в дыму,
Ничего, что в нем нет огня.
Я к тебе приду к одному
Греться в пепле нашего дня.
*
С ветром зашушукалась с утра
пальмы ананасная кора.
Я впустила ветер, он притих,
верно, не хотел попасться в стих,
только сдул бумагу со стола,
словно знал, что не нужна была.
Не она, а дебри интернета
ждут строку, что вряд ли будет спета.
СОНЕТ МАРГИНАЛЬНЫЙ
Здесь русские непрошеные строки
В привычный ямб улечься норовят.
В два такта вырос мой нерусский сад,
В два такта суховей мостит дороги.
Влюбленной парой прибегают слоги.
Бывает, что и третий лишний рад.
Наверное, нелеп на здешний взгляд
Сонетов старомодных голос строгий.
И заключительные две терцины
Мне, право, неохота сочинять,
А то мне давний друг – эстет и циник,
Со всей суровостью начнет пенять:
– Поверь мне, мать, проблема медицины,
Зачем в свой фрак рядишься ты опять.
* Памяти Игоря Егикова
Безмолвна песня, музыкант немой.
Блуждает в турбулентности дискета
меж Иерусалимом и Москвой
Мелодия осталась не пропета
и одинок, как прежде голос мой,
Но песня скрытая трепещет где-то
меж Иерусалимом и Москвой.
*
На дорогу обратную скучно скарб собирать
На свою Баррикадную не приду умирать.
Не увижу Пречистенку, Пресню, Арбат
Не увижу оград покосившихся ряд,
Где меж глинистых троп, на погосте сыром
Под стеблями опавшими мама с отцом.
Прочитает кадиш незнакомый раввин,
и уронит слезу мой единственный сын.
*
Совсем по-русски лаяли собаки –
Немчиновка, исхоженная Сходня,
Округлая, сомкнулась ночь Господня,
И алые подсоленные маки
На Мёртвом море так черны, нежны,
Как первенцы подснежников во мраке
Другой, ещё таящейся весны.
КУКЛА
Вздернутое изголовье,
метр от остальной кровати.
Это не слово – присловье,
но почему-то некстати
вспомнилось, как вприпрыжку
ноги спускала на пол,
как первую куклу – голышку,
подарили мне мама с папой
однажды на день рожденья.
Живучий был целлулоид,
наверно, немалых денег
моим родителям стоил.
В коробке стопкой одежка,
в другой – акварельные краски.
Сначала сломалась ножка,
но целы тельце и глазки.
Куклу я одевала
и, нарядив, рисовала
детские эти рисунки.
Барышни в платьях бальных
хранятся в потерянной сумке
между стихов опальных.
Сегодня с кровати я слезла
без помощи палок и кукол,
сама подвинула кресло,
сама уставилась в Гугл.
сама из него исчезла.
Наверно, поставили в угол.
2020
<< Назад - Далее >>
Вернуться к Выпуску "ДИАЛОГ-30" >>
