Борис УШЕРЕНКО (Германия, Нюрнберг)
Русско-немецкий писатель, прозаик, эссеист, кантор
«Чу из Че»
Сентиментальные примечания
В очередной раз убедился, что чукча не чи… Тем более из Че. Который, как все давно поняли, самый насупленный.
А уж мы, челябинские канторы (в первом лице, ед.ч., муж.р., прошл., наст., надеюсь- и буд. вр. ) так и вообще свиток читаем прямо со Скрижалей. Ах, да, все-таки читаем. Честно признаюсь, не все еще прочитал в «ДИАЛОГЕ». Поэтому – лишь о том, куда добежали глаза.
Но для осознания, что это не книга, хватило. Это – волшебная машина, уносящая в невозвратные и незабвенные времена.
Начнем с Марка Розовского, беспрерывно творящего свои миры и дарующего миры другим. Если бы не его ласковый демиургический пинок в далеком 1992, моих скромных писаний в этом юбилейном номере, возможно и не было бы.
Я честно отмучился положенные академические часы на истории театра. И никогда бы не вспомнил про Таирова. Камерный театр лежал на пыльном чердаке памяти неподалеку от Софокла и Найденова. Но Марк Розовский анатомически обнажил пульсирующий нерв времени и оскал эпохи. Маэстро, примите мое восхищение.
Конечно, мгновенно и ностальгически улыбнул «Роман с газетой» (Николай Пропирный – ред.). Коля, я помню более полную версию, дошедшую до меня давным-давно, чуть ли не в самиздате. Какое блаженство! Как жаль, что в «ДИАЛОГЕ» не хватило места твоим замечательным стихам. Особенно центонам. Помню-помню. «Сжала руки под темной вуалью…» e.t.c. Надеюсь на встречу с ними.
Совсем не был знаком с творчеством Светланы Штейнгруд-Аксеновой из Израиля. Но зачарованный заглавием «В неосторожной близости от рая» покачался на волнах ее ритмов и пленился калейдоскопической палитрой поэта.
С завистью читал стихи Александра Кирноса. Болезненно осознавая свое поэтическое ничтожество. Как это, вот так запросто: чтоб дни текли не вправо, а налево»?! «Он тоже в возрасте и отдохнуть прилег», «февраль -- обманщик, враль, ханыга»… Сдержусь, ибо дальше будет еще множество цитат. Два дара, поэтический и мелодический, чеканятся и доставляются исключительно небесами. Но не ко всем. Измором музу не взять. Ко мне увы, не заглянула.
Прогуливаясь далее вдоль ностальгических роскошеств, я набрел на тексты друзей: Аллы Гербер, Александра Милитарева, Саши Цалюка. Они согрели меня. Потосковал по Литве вместе со старым знакомым Виктором Лензоном, не только замечательным музыкантом, но и прекрасным прозаиком. Застыл перед нарядными иллюстрациями Рены Яловецкой.
Прошу прощения у всех-всех, кого не упомянул.
Не сомневаюсь, все прекрасны. Ибо за всем этим – стоит замечательный человек: прозаик, поэт, эссеист, издатель.
Милая Рада! Радуйте благодарных читателей еще много-много лет.
