Главная > Архив выпусков > Выпуск 1 (1996/5757) > Поэзия

Меир ВИЗЕЛЬТИР

ПОГОДА

Дождь в Тель-Авиве прошел ранним утром, в июне, прямо у глаз моих, тихо - бесплотный, сквозной. Купы дерев и дома с облупившейся краской дождь - словно сон обнимает младенца - объял.

В благословеньях лицо мое вымокло, шевелятся губы. Свет прибывает - опору находит на плоскости крыш. Тысяча лет - как вчерашний наш день, день вчерашний впитан и всосан облезлою краской домов.

Время цветенья любви, неповторимой,

как рука расцвела б у запястья. Медвяный инжир

колет язык, в гортани першит и щекочет.

Тепло наполнено говором, как телефон,

и придуманный дождь в этом теле шумит и струится.

ВСЯ БЕССЛАВНАЯ ПРАВДА О ТОМ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ

Вся бесславная правда о том, что случилось, о том,

что теперь с моим сердцем, а ты

пребываешь и дальше в северо-южном своем

очаровании, с улыбкой святой. Святой? - но любовь

не в словах и не в нас уже больше, она отошла

в область преданий, в историю; царский сын взаперти у богини,

любовь - против нас, она - не волны волос

на вес золота, и не влажная эта вот ночь,

вся пропитанная нежностью нашей.

Как же стучит в висках, Того и гляди - распахнутся под натиском крови, заблудившейся в венах, входя, выходя сквозь захлопывающиеся створки, а пустота -

тяжеленною гирей висит на душе: снова вечер вечер догнал, догнал полдень, меня и тебя догоняет. А повесть сама о себе повествует, а мы только рты разеваем.

И нежность,

сама наша нежность

разметалась и корчится, как под насильником, на земле.

Перевод Льва БЕРИНСКОГО {Журнал "Зеркало", Тель-Авив)

Назад >