Эмилия. Что с вами?..
Неважное настроение сегодня?
Яша. Нет, нет,
ничего... Все в порядке.
Халинка
танцует на одной ноге вокруг Эмилии и Яши. Перемена света.
Яша (входит). Магда, спать!
М а г д а. Только и можешь, что храпеть. Чтоб тебе
сдохнуть, е паршивкой со своей, этой благородной, как ее там...
Яша. Ужасно устал.
М а г д а. С чего?..
Когда начнем репетировать?.. До премьеры всего неделя.
Яша. У меня все
готово. Я все придумал.
Магда. Ходит грязный.
Пуговицы теряет, швы распороты, рубашки черные, будто в них вши кишмя кишат...
Яша. Что с тобой,
Магда?
Магда. Все за ним
надо подбирать, стирать, чистить, зашивать...
Яша. Что ты там
бормочешь?
Магда. А сам
простофиля. Кому не лень, все могут его надуть, обокрасть, водить за нос...
Умен на сцене, а так дурак дураком... Собственного интереса не понимает...
Яша. Это ты о ком,
Магда?
М а г д а. И здоровье
свое разрушает.
Яша. Обо мне, что
ли?.. Ну, так здоровье у меня, слава Богу, пока отменное.
Магда. То-то, что
пока. Шляться ночи напролет — пожалуйста. Только потом не говори: «Магда,
помоги!», когда упадешь в обморок посреди улицы... Или когда у благородной в
постели тебя удар хватит... Там Магды не будет рядом... Там быстро подохнешь...
Я ш а. Ну вот,
разговорилась... Раньше молчала!..
Магда. Всюду афиши.
Твое имя в Варшаве — огромными буквами.
Яша. Пропади все пропадом. Пускай все катится ко
всем чертям...
Магда (выносит самодельные крылья). И я?
Яша (пораженный). С перепонками...
Магда. Как ты хотел.
Яша. Как я хотел, да.
Магда. Неделю делала.
Пока ты пропадал.
Яша (раздевается). Воды!.. Вымой меня!..
Магда выносит
чугуны с водой. Намыливает нагого Яшу.
Обмывает горячей водой.
Магда. Могу я
попросить?.. Ребенка от тебя хочу.
Яша (смеясь). Я твой единственный ребенок.
Зачем тебе еще?
Примеряет
крылья, обмотавшись простыней.
Ты всегда в моем
сердце. Что бы ни случилось, жди меня.
Магда. Что ж, буду
ждать.
Яша. Ну-ка, снимай с
себя все. Теперь я тебя выкупаю.
И вот она стоит перед ним, нагой скелетик, робкая,
застенчивая... Он намыливает ее.
Окатывает водой...
Заворачивает в простыню.
Магда. Сатана, а не
человек.
Свет
медленно гаснет. Шмуль играет на скрипке.
Яша. Зевтель, мне деньги нужны!
Зевтель. Ну вот, хоть
ты и со своими шиксами, а пришел ко мне. Яша. Приперло. Зевтель. Много денег?
Яша. Чем больше, тем лучше. Я отдам.
Зевтель. Пойду спрошу
у нашего ворья, но, боюсь, не дадут. (Уходит.)
Яша (один). Зевтель меня спасет. Зевтель!.. А
Магда пусть катится. И без нее тошно... Что же со мной творится?.. Болен я, что
ли?.. Вчера забыл прийти на обед к Эмилии!.. Это я-то забыл!.. Что с моею
головой?.. Весь день в какой-то дремоте, спотыкаюсь на пустяках... Крылья Магды
не годятся, сделаны не по чертежам... Но она старалась. Впрочем, теперь это не
имеет значения. Надо принимать решения... Может, к лучшему, что я не явился к
Эмилии?.. Пускай думает что хочет!.. Я святой стал или что? А вдруг испугается
и посчитает, что это конец... И перестанет меня любить... И даже станет моим
врагом...
Появляются
Хаим-Лейб, Мехл, Йоселе и Высокер. Зевтель с ними
В ы с о к е р. Мы
понимаем ваши трудности, Яша.
Я ш а. Ну?
Высокер. Придется
украсть.
Яша (поворачивается). Это исключено.
Хаим-Лейб. Яша, не
горячись.
Мехл. Люди хотят тебе
помочь.
Йоселе. Солидные
люди, Яша.
Высокер. Евреи на то
и евреи, что должны помогать друг другу.
Яша (останавливается). Так дадите мне в долг
или не дадите?
Высокер. Мы не дадим,
но у нас как раз сейчас в гостях человек, который может дать.
Яша. Что за человек?
Высокер. Коммерсант.
Яша. А чем он торгует?.. Скотом?
Высокер. Почему бы и
нет?.. Там, откуда он приехал, полным-полно всякой скотины. (Все смеются.)
Зевтель. Бриллиантами
он торгует.
Высокер. Он мой брат.
Деловой человек. У него нет времени на пустые разговоры.
Я ш а. У меня времени
еще меньше. Но учтите — я тоже кое-что понимаю в камешках.
Высокер сделал знак.
Зевтель открыла дверь, и на сцене появился Герман, мощного телосложения, без
пиджака, в подтяжках, на ногах лакированные туфли.
Герман (приветливо).
Здравствуйте и да благословит вас Господь. Герман.
Яша. Яков Мазур. (Делает серию пассов. Все воры засыпают под
его гипнозом в разных позах.)
Зевтель. Фокусник.
Герман. Фокусник так
фокусник.
Яша. Откуда к нам?
Герман. Со всего
света. Варшава — это Варшава, а Лодзь — это Лодзь. Меня знают в Берлине, но я
не чужой и в Лондоне.
Я ш а. А где сейчас
проживаем?
Герман. Сказано в
Писании: «Небо — престол Мой, а земля — подножие ног Моих».
Яша. Так вы и Писание
знаете?
Г е р м а н. А вы
разве нет?
Яша. Приходилось
изучать.
Герман. Где? В
иешиве?
Яша. Дома с учителем
и немного в школе.
Герман. Что ж, и я
когда-то, слава Богу, ходил в еврейскую школу, но там зубы нужно было положить
на полку. Тогда я подумал и решил что это не для меня, и поехал в Берлин
изучать медицину, но плюсквам-перфект в ихней грамматике не поместился в моей
голове. Мне больше нравились немецкие девушки. Так что я поехал в Антверпен и
стал шлифовать бриллианты, пока до меня не дошло, что деньги не в шлифовке, а в
торговле. Я люблю картишки и верю в старую поговорку «Поесть никогда не
мешает». Так вот добрался до Аргентины. Там, знаете ли, скопилось много евреев
в последнее время. Приезжают с котомкой и завоевывают Америку. Мы их называем
«квинтинники»* — по-немецки «хаузиер»,
а в Нью-Йорке — торговцы вразнос. Один черт!.. Зевтель вам кто — сестра?
Яша. Нет.
Герман. По мне, она
может быть даже вашей тетей.
Зевтель (выглянув в дверь). Герман, пора... Тебя
ждут партнеры...
Герман. Подождут. Я
их дольше ждал. Там, откуда я приехал, никто никуда не спешит. Испанец на все
говорит «маньяна» — завтра. Он ленивый, хочет, чтобы ему все принесли домой...
Если гаучо — это ихний пастух — хочет есть, он берет топор, отрубает себе на бифштекс
от живой скотины и жарит это вместе с кожей, потому что ему неохота ее
сдирать... Он живет в пампе — по-ихнему степь, — и ему лень убить вола. А наши
евреи не ленивые и хорошо зарабатывают песо — это тамошние деньги. Все было бы
хорошо, но приехало много мужчин и слишком мало дочерей Евы. А без женщины
мужчина не человек, а полчеловека. Так что там девушки на вес золота. И притом
закон: разводы запрещены. Если ты женился на змее — будешь с ней жить до конца
жизни — так хочет религия. Что же делает мужчина? Берет ноги в руки — и можете
его искать. Так оно и крутится. Лучше бы ваша сестра, чем сидеть здесь и
стирать чужие кальсоны, поехала бы со мной и имела бы что хочет.
Яша. Она мне не
сестра.
Герман. Ну и что? Мне
сказали, что она сделает то, что скажете вы.
Яша. Продать вам
Зевтель?
Герман. Почему
продать?.. Вам нужны деньги?.. Я дам вам денег. В долг.
Яша. Интересный
обмен.
Герман. А что?.. В
Буэнос-Айресе мы не спрашиваем метрику. Мы говорим: званье и прозванье нужно
только для камня на кладбище. Слушайте, а какие фокусы вы умеете?
Яша. Разные.
Герман. А как насчет
в карты?
Яша. Бывает.
Г е р м а н. На корабле, которым я плыл, была
ужасная скука. Жарко, как в печке, а когда переплывают... как это называется...
Яша. Экватор?
Герман. Вот-вот...
Человек просто задыхается. Что остается? Карты. По дороге один хотел сделать
из меня дурака. Я на него посмотрел. «Дорогой, — говорю, — что у вас в рукаве?
Пятый туз?» Он аж бросился на меня, но мы не пугливые. В моей стране все ходят
с оружием. Хотите посмотреть, как выглядит револьвер в Аргентине?
Яша. Как в Польше. У
меня тоже есть револьвер.
Ге р м а н . А вам
зачем? Для фокусов?
Яша. Разное в жизни
бывает.
Герман. Покажите
фокус, пожалуйста.
Яша. Дайте колоду,
покажу.
Зевтель (снова показавшись в двери). Герман, вам
пора. У вас дела.
Герман. Не убегут. А
если убегут — плевать. Как вы насчет рюмочки?
Яша. Временами.
Герман. Правильно. В
Польше умеют пить, но понятия не имеют, что значит поесть. У нас, если у
кого-то есть деньги на ужин или на девку, берут девку. Но никто, кажется, с
голоду не умер!.. В Северной Америке жуют табак. Вы должны знать одну вещь: мир
везде тот же самый. В Буэнос-Айресе людей не едят. Видите, меня же не съели!..
Яша. Может, кого-то
съели вы?
* Квинтинник (польск.)
— спекулянт.
Далее >